Я-владычица ее, мне все можно!

***
13.03.1996 г.
Лондон. Поместье Хеллсингов
Родовое поместье Хеллсингов – большой особняк в Лондоне, огороженный высоким забором, – выгля-дел довольно мрачно.
Сейчас поместье Хеллсингов было погружено в траур. Все притихло. В этот момент в своей комнате умирал глава семьи Артур Хеллсинг. Вокруг него скорбном молчании собрались его врач, близкие друзья во главе с братом Ричардом. У самой постели Артура сидела, опустившись на колени, его три-надцатилетняя дочь Интегра. Артур, приподнявшись на подушках и собрав последние силы, говорил с дочерью:
–Орден Протестантских Рыцарей… «Хеллсинг»… Интегра, теперь ты глава семьи, глава организа-ции….
Интегра не могла произнести ни одного слова. Она только ошарашено смотрела на отца и плакала.
– Знаешь, я всегда хотел быть рядом, хотел защищать тебя… Мне кажется, я ухожу так рано. Мне нужно еще столько сказать тебе, столько объяснить… – тут на него напал сильный приступ кашля, он начал задыхаться, но спустя некоторое время заговорил снова. – Помни одно – теперь судьба организации и всей нашей семьи в твоих руках… Ричард, – при звуке своего имени брат Артура невольно подался вперед, – позаботься об Интегре, оберегай ее…
Больше он говорить уже не мог. Силы оставили его, и он в изнеможении упал на подушки.
– Не волнуйся, брат, я все сделаю…
Через несколько часов Артур Хеллсинг скончался …
***

Глава 1. Хозяйка чудовища
16.03.1996 г.
Лондон. Поместье Хеллсингов
Сказать, что Ричард Хеллсинг был в плохом настроении – значит не скачать ничего. Он был просто в ярости. Его просто выводил из себя тот факт, что все наследство его брата перешло к этой сопливой девчонке. Это было полной неожиданностью для него. А ведь у них были вполне нормальные отношения, они даже почти не ссорились. И тут такое. А ведь этой Интегре было не 30 и не 20 лет, а только 13! Да что она может понимать в таком возрасте.
И вот сейчас несостоявшийся глава семья Хеллсинг изливал все негодование на своих телохранителей, нетерпеливо меряя шагами большой рабочий кабинет.
– Чертова девчонка! – Вопил он. – Я 20 лет ждал, пока умрет мой брат! И что в итоге? Ничего! Я должен был стать наследником, а этот кретин отдал все ребенку! И что самое возмутительное это то, что его идиотское решение уже вступило в силу и вполне законно! Какая глупость! Но я не сдамся! Нет, игра еще не кончена!
Тут он повернулся к телохранителям, и заговорил уже спокойнее:
– Вы нашли ее?
– Нет, сэр, – подал голос один из людей Ричарда, – ее нигде нет. Словно растворилась. Никаких следов.
– Так найдите, черт возьми!
– Но мы везде искали… разве что в подземельях…
– Подземелья… Что же, неплохо, – задумчиво произнес Ричард. Он подошел к столу, извлек из верхнего ящика план дома и развернул его. – Посмотрим… лаборатории, библиотека, центр исследований, камеры хранения, прозекторская и тюрьма. Да этот подвал заперли лет 20 назад, он пустует целую вечность. Значит, отправляемся в подземелье. Мы найдем эту девчонку и убьем ее. – И, видя, что его люди находятся в нерешительности, он прикрикнул. – Ну же, шевелитесь, идиоты!
И чтобы показать им свою решимость, Ричард взял свой пистолет со стола и твердым шагом зашагал к двери…
Жгучие слезы текли по лицу маленькой Интегры. Она, сидя в трубе вентиляции над кабинетом, слы-шала все. В ее голове не укладывалось, что родной дядя хочет убить ее из-за наследства. «Дядя, как ты мог?! – думала она – Ведь отца только что похоронили, а ты…» Тут по лицу опять покатились слезы, но, несмотря на них Интегра пыталась рассуждать здраво (настолько здраво, насколько это позволяло ее состояние и положение). «Но ведь я не могу все время прятаться. Они все равно найдут меня. Что же мне делать?» И вдруг она вспомнила, как буквально за несколько дней до смерти отец говорил ей: «Интегра, если вдруг случится так, что тебя со всех сторон окружат враги, и ты не сможешь защитить себя сама, ступай в подземелье. Там наше главное оружие – оно защитит тебя». «Что ж, подземелье, так подземелье». Интегра в очередной раз всхлипнула и направилась по трубе в подземелье дома Хеллсингов.
Своей цели она достигла довольно быстро. Она проходила по темным сырым тюремным казематам, недоумевая, что же за оружие можно здесь хранить. Все двери камер были открыты, а сами камеры были пусты. Все, кроме одной. Она находилась в дальнем конце коридора. На самой двери было начертано что-то вроде огромной пентаграммы. Первая мысль, посетившая девочку, когда она это увидела, была: «Чем папа здесь занимался?» Да и какие исследования вообще можно проводить в подобном месте? Интегра медленно схватилась за ручку двери и потянула. Дверь почти не поддавалась, сразу было видно, что ее давно не смазывали. И когда девочка уже было подумала, что створка бесповоротно заржавела, та оглушительно скрипнула и вдруг открылась.
В полутемной камере в дальнем углу она увидела нечто, лежащее на полу. Это нечто было очень похоже на мумию. Интегра разочарованно опустилась на корточки.
– Неужели это и есть моя защита? – грустно подумала она. – Похоже, этот бедолага умер много лет назад. И я сильно сомневаюсь, чтобы он смог защитить меня... А, может быть, я просто плохо искала? Отец, – проговорила она, глядя куда-то вверх, – это не смешно. Мне действительно нудна помощь.
Тут она снова посмотрела на труп. И задумчиво сказала:
– Интересно, зачем было 20 лет хранить тут мертвеца?
Но развить эту тему ей не дали. В конце коридора послышались гулкие шаги. Интегра вся сжалась. «Похоже, бежать уже некуда», – пронеслось у нее в голове за секунду до того, как дверь с треском рас-пахнулась настежь, и в проеме появился ее дядя Ричард. Увидев у него в руке пистолет, Интегра не удержалась от вскрика.
– Интегра, ты доставила нам много хлопот, – произнес он медленно. – Но тебе не спрятаться от меня. – Тут он обратил внимание на мертвеца в углу. – О, да тут труп, как символично. Ничего, скоро ты к нему присоединишься.
– Дядя ну зачем?..
– Да потому, что «Хеллсинг» мой! – взревел он. – С какой стати Артур оставил все тебе?
– Поэтому он и сделал меня наследницей. Отец знал тебя. Он знал, что ты так поступишь. Ты недостоин возглавить «Хеллсинг»!
– Ничего, – сказал он уже боле спокойно, – я возглавлю организацию. Вот только убью тебя и возглав-лю.
С этими словами он прицелился и выстрелил. Интегру спасло только то, что ей каким-то чудом уда-лось уклониться, и пуля попала только в руку. Брызнула кровь. Девочка закричала от боли и от неожиданности, а Ричард только засмеялся.
– Что ж, следующим будет ухо. Ты заставила меня помучатся. Даже не думай, что твоя смерть будет легкой!
Ричард уже хотел произвести еще один выстрел, как его внимание отвлек вскрик одного из телохранителей. Он уже повернулся к двери, готовый нападать или защищаться, как вдруг заметил, что тот показывает в другую сторону – на мертвое тело, о котором к этому моменту все забыли. Но когда он посмотрел туда, он забыл и об Интегре, и о «Хеллсинге», и даже о том, зачем вообще сюда пришел. Потому что от того, что он увидел, у него волосы на голове зашевелились.
То, что все считали мертвыми останками, теперь стояло на четвереньках и слизывало с пола кровь, пролившуюся из раны Интегры. Никто не смел пошевельнуться. Все в немом оцепенении наблюдали. Первой опомнилась Интегра. Точнее она все поняла раньше остальных. В голове сразу всплыли туманные рассказы отца и эти странные разговоры о нечисти. С криком «Вампир!!!» она шарахнулась к противоположной стене, при этом не забывая держаться подальше от дяди. Но только сообразить так никто ничего не успел. Тут так называемый «труп» поднял голову. Только теперь он совсем не похож на мертвеца: лицо его почти не отличалось от лица обычных людей, только горели огнем кроваво-красные глаза. Он оскалился. Все дружно вздрогнули. За спиной Ричарда слышались перешептывания:
– Труп ожил…
– Сэр, как такое возможно?..
– Не может быть…
Даже Ричард был мягко говоря слегка удивлен.
– Я не понимаю… Артур никогда не говорил мне о таких исследованиях… Чем же он здесь занимал-ся?... Хотя какая разница. Пристрелите их обоих!
А вампир тем временем поднялся во весь рост, который был никак не меньше 2-х метров, так что те-перь даже дядя Ричард, который считался довольно высоким, смотрел на него снизу вверх. Никто из людей Ричарда даже не шелохнулся. И только через некоторое время они схватились за оружие. Но движения их противника оказались быстрее, чем любая пуля. В одно мгновенье он оказался рядом с одним из людей. Со стороны казалось, что всего лишь небрежно ударил по лицу охранника, у которого от этого «небрежного удара» голова треснула, словно переспевший арбуз. Ручьями хлынула кровь, которую вампир тут же принялся жадно пить.
От какого зрелища у кого угодно душа в пятки уйдет. Конечно, теперь и речи не могло быть о том, чтобы расправиться и неизвестным. Единственной мыслью всех теперь было убежать отсюда побыст-рее и никогда больше не возвращаться. И когда люди в ужасе ломанулись к выходу, вампир их заметил и направился к помертвевшим от страха мужчинам.
То, что происходило потом больше походило на фрагмент из фильма ужасов: вампир буквально разо-рвал на части всех телохранителей дяди, а сам Ричард в результате неудачной попытки нападения лишился руки, после чего он в бесчувственном состоянии сполз на пол.
Интегра все это время сидела в дальнем углу, сжавшись в комочек. Страх сковал ее настолько, что она не могла пошевелиться. А при виде этого кровавого зрелища, разворачивающегося на ее глазах, девочке вообще казалось, что у нее сейчас случится разрыв сердца. Она только крепче сжала пистолет, который ухитрилась поднять в наступившей неразберихе. И вот вампир, уже успевший разделаться со всеми остальными повернулся к ней:
– Твоя кровь пробудила меня из двадцатилетнего сна.
– Не подходи ко мне! – Интегра старалась, чтобы ее голос звучал твердо, но получалось плохо. В при-дачу ко всему ее всю трясло как осиновый листок. Но тем ни менее, она направила пистолет на вампира. Тот только посмеялся. Он подошел почти вплотную, из-за чего девочка изо всех сил вжалась в стену. Он просто навис над ней. Воцарилась тишина. Она давила на Интегру, и та, не выдержав слушком затянувшейся паузы, выстрелила. Но ее противник даже не шелохнулся, а только засмеялся еще громче.
– Меня нельзя убить этими игрушками. – Тут он посмотрел на нее, красные глаза встретились с голу-быми, и он снова заговорил. – Ты хочешь стать такой же сильной как я? Ты должна пойти со мной… – Но договорить ему не дали.
– Послушай, ты! – тут голос Интегры сделался раздраженным и резким. – Я Интеграл Артур Вингейтс Фарбрук Хеллсинг – глава организации «Хеллсинг». Ты можешь разорвать меня на части, но я не позволю диктовать тебе свои условия!
– Я уже кажется сказал, что твое оружие бессильно против меня. Так что лучше послушай…
– Заткнись! – взвизгнула Интегра. Видимо мысль о том, что она все равно сейчас умрет, и терять ей уже нечего, придавало ей сил и дерзости. – Я не сдамся! Даже если буду умирать, я не сдамся! Это моя честь и гордость как главы семьи Хеллсингов! – и, видя его улыбку, она добавила гневно, – и не смей потешаться надо мной!
Но он только в который раз рассмеялся.
– Какая пламенная речь, – произнес он наконец. Теперь Интегре показалось, что в его голосе она слы-шит нотки уважения. – У меня прямо поджилки затряслись. Ты действительно его дочь. Прошу про-стить мне мою грубость, леди Хеллсинг, – тут он опустился перед ней на колени и покорно склонил голову. – Приказывайте, моя хозяйка.
После такого настолько неожиданного порота все вразумительные слова разом покинули голову «леди Хеллсинг». Все, что она могла сейчас делать – это только ошарашено смотреть на вампира, который так и стоял передней на коленях с выражением полной покорности.
«Да… милый выдался денек…» пронеслось в голове у Интегры. Сначала она узнала о том, что ее собственный дядя собирается убить ее, потом ей пришлось облазить все казематы для того, чтобы натолкнуться на мумию, которая, по словам отца, должна была ее спасти, в довершение ко всему мумия ожила и оказалась вампиром, который разодрал в клочья всех ее преследователей. Но когда этот вампир опустился перед ней на колени и назвал своей хозяйкой, ее мозг вообще отказался воспринимать происходящее. И теперь Интегра пыталась осознать, что происходит.
Но размышления прервал дядя Ричард, которого она уже считала мертвым.
– Ха! Сопливая девчонка и вампир! – он медленно поднимался на ноги. – Нелепость какая!
Надо сказать, с оторванной рукой, горящими от ярости и боли глазами и перекошенным лицом, он выглядел довольно страшно.
– Я все равно тебя убью – он направил пистолет в сторону девочки, – «Хеллсинг» мой!!!
Он выстрелил. Интегра уже готова было попрощаться с жизнью, но тут рука вампира заслонила ее от пули. Девочка во все глаза смотрела на рану, из которой почему-то не текла кровь, а через некоторое время она затянулась, как будто ее и не было вовсе.
– Твоя кровь воняет, Ричард, – презрительно сказал таинственный слуга Интегры, даже не глядя на ее дядю. – Жутко воняет. Ты недостоин быть моим хозяином.
– А тебя вообще не спрашивают, – крикнул Ричард в ответ и снова прицелился.
Интегра тоже навела свой пистолет на дядю. «Он не оставит меня в покое. Даже смертельно раненый он не отступит… Неужели все-таки мне придется его убить?...» – пронеслось у нее в голове. А вслух она сказала, обращаясь к вампиру:
– Как тебя зовут?
– Алукард, – ответил тот. – По крайней мере, так называл меня предыдущий хозяин.
Воцарилась тишина. А еще через несколько секунд в этой тишине раздался выстрел...