Если вдруг займеться сердце рано по утру
Есть проверенное средство как унять хандру
Про родимую станицу вспоминаю я
Где красавица , девица ждет меня моя

Я вернусь , сверкая бляшкой на своем ремне
Даже встречная дворняжка улыбнется мне
Путь укажет дым печурки над моей избой
В ноги кинеться дочурка шумною гурьбой

Хоть и плакать не серьезно в возрасте моем
Горлом в коме встанут слезы , видя отчий дом
Нет родимее пената , чем где рос , мужал
Дом родной меня в солдаты стоном провожал

Все осталось как и было , все как у людей
Только крышу покосило от косых дождей
То что крышу покосило - это не беда
Все путем мужская сила в доме есть когда

Попрошу смолы у ели , заберусь на верх
И смолой замажу щели , станет лучше всех
И красавица , девица за мои труды
Поднесет мне коромысло , полное воды

А когда наступит ночька , сядем у реки
Будем слушать , как стрекочат в чаще светлячки
И домой вернувшись вместе , стоя на крыльце
Я найду губами перси на твоем лице.
© Эдуард Шляпников

Играла пуля на столе,
Снега февральские летели.
И появились в ночной мгле
Два всадника в шрапнели.

Скача, неслись они в тиши,
Собой сугробы разметая.
Две лошадиные ноги
Других двух поджидали.

Снедалась снедь, сметались яства.
На жизни празднике пустом
Сквозь непроглядное сквозь пьянство
Входил тот всадник в отчий дом.

И молча подошёв к отцу,
Он глянул в глаз ему.
"Отец, скажи мне, ПО-ЧЕ-МУ?
Ты сына предал своему?"

Но взор потупив, тот отец,
Сказал: "Ну что ж, ты молодец!
Я вижу, что с тобой твой друг,
Тот всадник, что стоит вокруг".

"Тот всадник брат мне!" - вскрикнул он -
"Он не изменник, не тевтон!!
Я замерзал, сидел под елью.
А он накрыл меня своей шрапнелью".

"Лишь ты, отец, меня не полюбив,
Отверг сыночка, в пьянстве позабыв.
Но я вернулся, чтоб отдать шрапнель,
Отцу, что выкинул меня под ель".

Играла пуля на столе,
Снега февральские летели.
Стоял в полночной тишине
Старик с потертою шрапнелью.
© Валера Знаменский