Ты грозою пришла на рассвете.
На закате ты ливнем уйдёшь.
Треплет волосы северный ветер.
Губы шепчут правдивую ложь.

Очарован глазами печальными
И изгибом белёсых ресниц.
Мне лицо твоё, странно-овальное,
Было краше правильных лиц.

Мне рука твоя белая-белая
Снилась ночью не раз и не два.
Что же ты натворила, Амелия?
Почему ты меня предала?

И какое ещё доказательство
Было нужно для нашей любви?
Ты твердишь: это всё обстоятельства,
Наш корабль теперь на мели...

На мели... И никто не старается.
Шлюпка спущена - можешь уплыть.
Просто так ничего не случается,
Так, наверно, должно было быть.

Ты грозою пришла на рассвете.
На закате ты ливнем уйдёшь.
Треплет волосы северный ветер.
Ну, Амелия, что же ты ждёшь?

Путь не близкий до берега нового.
Замирают в дали голоса...
Мы не скажем сегодня "до скорого",
Мы не скажем друг другу "пока".

Небо серое хмурится, хмурится,
Собирается, видимо, дождь...
Моё сердце напрасно волнуется:
Как же ты без меня проживёшь?

Проживёшь! Остановишься где-нибудь,
Станешь верной женой рыбака.
Я останусь всего лишь мгновением
В твоей памяти, наверняка.

Не плохой, не хороший, с отчаяньем
Полюбивший твою красоту.
Моё имя услышишь нечаянно,
Но оно ускользнёт в пустоту.

Гаснут в памяти клятвы со временем.
И лицо твоё, в сетке морщин,
Станет с возрастом странно-уверенным
В одинаковости мужчин.

И рука твоя белая-белая
Будет нянчить детей рыбака.
Как же так получилось, Амелия?
Видно знала ты наверняка...

Небо серое снова нахмурится.
И внутри поднимается дрожь.
Ты грозою пришла на рассвете.
На закате ты ливнем уйдёшь.

В моих глазах угасли краски,
Коснувшись сердца чёрною тоской.
В моих словах звучат былые сказки
И в них когда-нибудь мне быть другой.
И я кричу, но слышу гомон
Противных, мерзких голосов.
Как быть живым, когда ты сломан,
Не превратиться в порожденье снов?
А страх сжирает, выжигая нервы,
И мне уже почти что всё равно,
Что будет дальше и кто будет первым,
Ведь я должна была уйти давно.