Джейн Вольтури. Что вы о ней знаете? Сестра Алека, безгранично предана старейшинам, обладает мощнейшим и наводящим благоговейный страх талантом. Вам известна лишь та сторона её жизни, что выставлена напоказ и призвана скрыть её истинное лицо. Жестокий вечный подросток, демон с ангельским лицом, ведьма... И даже её ближайшее окружение не всегда догадывается, что на уме у этой на самом деле хрупкой и ранимой девушки.
Воспоминания человеческой жизни смутны и неотчётливы. Голод и нищета. Пьющий, жестокий отец, впоследствии погибший на войне, и мать-вечно усталая и заплаканная. И единственный лучик ласкового солнца в непроглядной тьме. Любящий, заботливый, понимающий брат-Алек. Глоток живительного свежего воздуха в мрачной, затхлой, покрытой серой пылью и туманом веков никчемной жизни человека.
А потом ещё страшнее, ещё ужаснее...
Страх. Отчаяние. Безжалостные лица инквизиторов. Последний жалобный крик матери на пылающем и беспощадном костре. Этот костёр и этот крик она запомнила навсегда... Последние минуты перед казнью, перед гибелью и бессмысленные ободряющие слова, еле слышно произносимые братом...
А дальше встреча, изменившая её мир и сломавшая его.
Внезапно промелькнувшие вихрем угольно-чёрные плащи. Прикосновение сильной ледяной руки. И в следующим миг-пламя, в миллионы раз горячей того костра, разливающееся нестерпимой болью по всему телу... Три дня невыносимых страданий. Но через неукротимый огонь и дикую боль-отчётливое ощущение, как мышцы наливаются безграничной силой. И бешеный стук сердца.
С тех пор она такая, какой её знают все. Беспощадная, озлобившаяся на всех людей вместе и каждого в отдельности. Но такая ли она, за какую себя выдаёт?
Никто, даже Алек не знает, как однажды на допросе в её почти погибнувшей душе вспыхнула жалость к новорождённой, нарушившей закон по незнанию. Как она разрывалась между велением остановившегося сердца и давней преданностью законам и клану. Как она тайком снижала уровень своего воздействия, отчаянно не желая причинять боль этой девочке. Как старательно отворачивалась от сцены казни, и что ощутила, услышав знакомый металлический скрежет и предсмертный вопль жертвы...
Зато Алеку хорошо известно другое. Как она, устав за день от своей маски жестокости, просила отключить её негативные чувства, и, прижавшись к брату, отчаянно старалась не думать о несправедливости её судьбы. Как она всю напролёт слушала классику или читала, на счастливые часы вырываясь из реальности...
Деметрий со светлой грустью вспоминает их недолгий, но яркий роман. Помнит другую Джейн, нежную и заботливую. Помнит сладкий вкус поцелуев, мягкие, почти кошачьи, движения и прикосновения. Наполненные счастьем рубиновые глаза. И не малейшего намёка на жестокость.
Она часто размышляет, почему все по-разному реагируют на её воздействие. Эксперимент с Алеком, ни проронившим почти ни звука, и Аро, кричавшим от боли на весь замок. Феликс, проходя мимо неё по коридору, невольно ускоряет шаг и сторонится. Деметрий держится на расстоянии - увы, их чувства угасли, сгорев дотла в костре любви - и старательно отводит взгляд, не решаясь испытывать судьбу и смотреть прямо в глаза своей недавней любви. Алек знает её лучше прочих - и, наверное, поэтому ничего не опасается.
Впрочем, в каком-то смысле она счастлива в клане, имея власть и уважение. Те, кто хорошо её знают, называют душой компании. Любящая юмор и весёлые разговоры почти ни о чём.
Но..
Открытость и доброжелательность испаряются без следа, стоит на горизонте показаться врагу, и на ангельском личике вновь привычная маска.
И только в момент кульминации она позволит себе обворожительно улыбнуться, и напуганная до смерти жертва услышит мелодичный детский голосок, в несчётный раз произносящий слова, от которых у любого стынет несуществующая кровь в жилах:
-Будет чуточку больно.....
Она - Джейн Вольтури.
мне нрав 
Порви там всех))) *в хорошем смысле*))
)