Меню сайта


Фанфикшн


Медиа



Творчество


Актёры



Поиск по сайту




Статистика:



Дружественные
проекты


Twilight Diaries - Сумеречные Дневники: неканоничные пейринги саги Стефани Майер в нашем творчестве





Главная » Фанфики
[ Добавить главу ]




Мы с тобой одной крови




Часть 7




...так бывает в шахматах и в любви, когда туман вдруг рассеивается, и вы делаете ход или совершаете поступок, который за секунду до этого казался вам немыслимым.

Хулио Кортасар, "Собрание в кроваво-красных тонах"


Неделя. Семь апатичных долгих дней без единого слова, эмоции, без взгляда в его сторону. Эмили постепенно уходила в себя, живя в своём выдуманном мире, постепенно абстрагируясь от реальности. Она упрямо продолжала игнорировать Деметрия, смотря в потолок, читая или любуясь красочными закатами и восходами в верной компании бурбона и сигарет, горький запах которых насквозь пропитал её одежду и её саму. Её цель – утонуть в беспамятстве. И она выбирала действенные способы, поглощая спиртное стакан за стаканом; наполняя до отказа мешки лёгких ментоловым дымом сигарет. Она бы такими темпами, наверное, уже давно получила цирроз печени и рак лёгких, если бы была человеком.

А вместо печени жжёт душу, будто чистый спирт льют на открытый нарыв. Деметрий – виновник всех её проблем с самого рождения. Он всегда ставил свои желания превыше её собственных. Всегда задвигал её в чёрный ящик и лгал, постоянно лгал самому себе, ей, им обоим. Эта мысль больно ранила, поэтому каждый вечер Эмили старалась выскользнуть из замка, где мысли не давали покоя, и сбежать в какой-нибудь дешёвый паб, в котором планировала напиться до беспамятства и хотя бы немного забыться. Деметрий слишком привык, что она безоговорочно повинуется ему, и первые несколько дней он даже не знал о её ночных приключениях. Лишь однажды, когда он решил в очередной раз завести бессмысленный монолог с Эмили, он обнаружил аккуратно заправленную постель.

Найти её не составило особого труда для него. Уже через семь минут он наблюдал, как она сидела возле барной стойки, наполняя уже четвёртый стакан по счёту и залпом осушая ту дешёвую дрянь, что подсунул ей бармен. Он долго наблюдал за ней, скрестив руки на груди и размышляя, стоило ли ему сейчас тревожить свою дочь, когда её душевное состояние напоминало карточный домик – любое неловкое движение – и все карты осыпятся к его ногам.

Решение, принятое им, было простым, но на практике фактически невыполнимым. Слишком в него въелась зависимость, потребность в Эмили. Слишком необходима она ему сейчас. Интересная сейчас. Любимая сейчас. Нужная сейчас. Навсегда ли? Он не знал. Но сейчас, когда она старательно искала ту кнопку, способную избавить её от всех проблем, всех душевных терзаний и выворачивающих душу наизнанку воспоминаний, он поставил свои желания на второй план, давая Эмили время. Чтобы принять случившееся, чтобы понять его, чтобы вернуть себя, и, наконец, чтобы осознать, что их судьбы уже переплетены и неразрывно связанны друг с другом.

Несколько дней он внимательно следил за алкогольными вечеринками Эмили, зная, что подобные посиделки рано или поздно могут закончиться плачевно. В случае Эмили, как он и предполагал, «рано» наступило на второй день, когда она, шатаясь и матеря его всеми известными ей словами, брела по пустынной улочке, рукой неловко опираясь о кирпичную кладку стены. Не замечая ничего вокруг себя, Эмили нехотя пыталась добраться до замка, не подозревая, что позади из тёмного переулка вывалился парень. Он многозначительно и, по его мнению, наверняка многообещающе приподнял брови, заприметив беззащитную, хрупкую и нетрезвую девушку. Деметрий только лишь усмехнулся. Ну-ну, вполне было вероятно, что он очнётся со сломанными конечностями, если сделает хоть шаг в её сторону. Но мужчина, видимо, до конца не понимал всю опасность своего положения, и инстинкт самосохранения был притуплён изрядным количеством выпитого алкоголя. Едва слышно присвистнув и еле-еле выдавив из себя похабное выражение в адрес Эмили, мужчина было дёрнулся по направлению к девушке... Деметрию хватило доли секунды, чтобы размытой тенью метнуться к тому и преградить путь; вгрызться в шею, и нескольких сильных укусов было достаточно, чтобы тот затих и обмяк у стены. Небрежно оттолкнув в сторону тело, Деметрий перешагнул через него и поднял взгляд на шатающуюся Эмили, больше напоминающую неопытного юнгу в шторм на корабле.

Она уходила всё дальше, не зная, что только что он спас её, а он так и продолжал стоять и смотреть ей вслед, вспоминая похожие как две капли воды лица людей, которых он любит. Он представлял, какое отвращение вызывал у них, когда поддался своим крамольным мыслям, когда перестал играть в «хорошего и правильного» вампира. Это, вкупе со смертью Дилана – единственного, кого Эмили по-настоящему любила, вызывало в нём такую острую тоску и муку. Сначала он злился, потому что он не тот, кто может и должен испытывать настолько примитивные и слабые чувства, но в нелепом бормотании Эмили слышалось слишком много обречённости и горького отчаяния, что он, поддавшись сентиментальному порыву, покорно последовал за ней, как побитый пёс на поводу.

А в душе у него загоралась надежда, когда в голове зародился план по спасению Эмили от самой себя.

***

Эмили не спится. Она ворочается вот уже полчаса, но сна не было ни в одном глазу. Такое теперь с ней бывало часто. Воспоминания и тягостные нежеланные мысли так и норовили ворваться в сознание. И избавиться от них не удавалось никакими ухищрениями, как бы Эмили не пыталась. Приходилось просто позволить картинкам беспрерывно сменять друг друга, пока, морально истощенная и измученная, она не отключалась на рассвете. У неё не было никаких планов на ближайшую вечность неделю, поэтому она не знает, чем заняться сегодня; потому что она упрямо отказывается слышать его вторую неделю, хотя он сам говорил, что будет решать, как им жить дальше.

Снова утыкается носом в подушку, снова плачет, снова смотрит на подаренного плюшевого медведя, который уставился на неё пустым, невидящим взглядом. Очередной его подарок. Но игрушка даже не понимает. Не осознаёт. Ничего не чувствует. Ещё мгновение – и она небрежно скидывает её на пол. Такое чувство, что часть собственной души была выжжена алкоголем и смолянистым дымом сигарет. Больно, стыдно, но какой же это замечательный повод оправдать слёзы.

Солнечные зайчики пляшут по простыням, заставляя её с силой зажмуриться. Она удивлённо понимает, что уже утро. Это, конечно, был своеобразный отдых, учитывая, как сильно у неё болит голова после очередного ночного похода. Она поворачивается набок и натыкается взглядом на белые пилюли и пакет донорской крови, лежащие на соседней подушке. Там же лежал белый лист бумаги, на котором каллиграфическим почерком было выведено всего лишь несколько слов.

«Ты пьёшь, как лошадка. Подкрепись. Нужно поговорить. Д.»

«Да иди-ка ты на хер со своей заботой, папочка», - раздражённо думает она, комкая записку и кривясь от отвращения. Но из комнаты она так и не выходит, а залезает на подоконник, назло отцу ставя бутылку виски на самом видном месте.

Резкий, порывистый ветер треплет ей волосы, шелестит в складках одежды, и иногда она даже ощущает тёплые, согревающие лучи солнечного диска, постепенно выходящего из-за кулис начинающегося дня. Но её сейчас ничего не волнует, и она, скорее назло ему, продолжает наполнять стакан янтарным напитком из уже почти пустой бутылки. Алкоголь – её самый лучший друг в последнее время.

Когда он входит в спальню и видит её, то ничего не говорит, лишь неодобрительно поджимает губы, заметив бутылку, и нарочито медленно подходит к ней, останавливаясь на расстоянии, чтобы не спугнуть такую уязвимую и беззащитную. Она стискивает зубы от отчаянья и злости. В этот раз ей хочется швырнуть в него чем-нибудь тяжёлым, потому что она физически ощущает на себе взгляд. И ей неприятно. Она хочет остаться одна.

- Уйди, - озвучивает своё желания, не поднимая взгляда на Деметрия. Назло ему наливает виски в стакан, разбавляя донорской кровью, и кривится в усмешке, зная, что его сейчас передёрнуло от отвращения. Но если она так противна ему, то зачем хочет быть с ней? Почему не может отпустить? Неужели он настолько собственник, что не даст ей спокойно сдохнуть, пока вдоволь не наиграется и не доломает свою игрушку полностью?

- Эмили, тебе не стоит пить, - задумчиво произносит он, грустно усмехаясь. А что ей ещё было ответить? Ведь правильнее было бы, конечно же, уйти. Исчезнуть из её поля зрения и не появляться, лишь бы вновь не оказаться рядом с ней; не терзаться мучительными желаниями, и не мучить её воспоминаниями. Но его Эмили сильная. Она справится. Но мысли мыслями, а в слова их облечь у него не выходит, как будто сказать сейчас «нет» и уйти – это тоже предательство. Теперь, зная Эмили и понимая её, он слишком хорошо научился определять, когда она нуждается в ком-то. И даже в те моменты, когда она пыталась маскировать эту потребность за грубостью или демонстративным равнодушием, он чувствовал, что на самом деле всё не так. Ей было крайне необходимо, чтобы кто-то был рядом, чтобы её выслушали. Да, временно. Пусть даже это будет он. Но разве её поведение сейчас – это не крик души? Разве можно уйти сейчас? Можно бросить одну?

- Не стоит? – хмыкает она, назло ему залпом осушая стакан, и, решив не мелочиться, тянется к бутылке, салютуя Деметрию. – Отъебись от меня со своей напускной заботой, папочка. Мне не стоило вообще появляться в твоей жизни, знаешь ли. И тебе тоже не место в моей. Ты когда-нибудь предполагал, что этим всё и закончится? Это просто издевательство... Понимаешь? Всё это... – Эмили неопределенно взмахивает рукой, расплескав содержимое бутылки на паркет, а потом резко отворачивается. Недоуменно сводит брови, будто бы и сама удивляется своему откровенному порыву, пальцами поправляет взлохмаченные волосы и снова пьёт, смотря невидящим взглядом в окно. – Ладно, уходи. У меня был паршивый вечер, не делай мне таким же и утро.

- Эмили, - от преувеличенно мягкого тона захотелось закричать. Деметрий говорил с ней так когда-то, сплетая заботливые и уверенные нотки воедино. В голосе чувствовалась если не любовь, то нежность. – Я прошу тебя дать мне шанс. Я не хочу потерять и тебя.

- Ты потерял меня, как только отказался. Ещё тогда, в роддоме. Сейчас же ты только подтвердил своё безразличие не только ко мне, но и к маме! Нельзя любить того, кто отвечает тебе только равнодушием. Нельзя любить того, кто глух и слеп к твоим мольбам и боли. Как думаешь, что бы она сказала, узнай, что ты делаешь? Как бы смотрела на тебя, если бы была жива? Ты же любишь только себя, поэтому и поступил так, перечеркнув всё то светлое, что у тебя было. Ты предал не только меня, но и её. Как тебе от самого себя не тошно?.. – она делает очередной глоток и задумчиво смотрит на блики янтарной жидкости. Хватит! Хватит, мать его, ей отмалчиваться и боязливо прятаться от него по углам.

Деметрий так больно дёргает руку вниз, что на мгновение Эмили кажется, что он вывихнул ей плечевой сустав. Он выхватывает бутылку из её рук, сжимая с такой силой, что она взрывается мириадами крошечных осколков, разлетевшихся по всей комнате. Она не может сдержать всхлип и несколько слезинок, сорвавшихся с ресниц. Но Деметрия это не останавливает. У неё был паршивый вечер, а у него уже две недели как одно сплошное отвратительное чередование презрения к самому себе, да мук совести перед Кэтрин и Эмили, так почему бы не превратить чёртово утро в череду отвратительных, вязких душных переживаний? К чёрту всё, и так всё рушится, а держать на плечах осевшие стены собственной жизни просто больше не было сил.

- Ты, Эмили, ведь понимаешь, что нам не удастся просто забыть случившееся. Мы с тобой связаны. Ты же знаешь, что я получу желаемое. Такова жизнь, а твои понятия морали были созданы счастливыми людьми, не знающими ничерта об этой грёбаной жизни. Мы оба с тобой погрязли в этой грязи, в этой лжи. В этой конченной иллюзии, где так легко поверить, что если бежать от проблем, то рано или поздно тебе удастся скрыться от них и забыть. Но ты же знаешь, что от этого не сбежишь. Знаешь сама, что оттягиваешь срок неизбежного, девочка моя. Это важно для меня, для нас, ты меня слышишь, Эмили?! - Деметрий склоняется совсем близко, обжигая дыханием дрожащие, потрескавшиеся губы Эмили. Одну руку он запускает ей в волосы, больно оттягивая голову назад, вторую - кладёт на талию, привлекая к себе. Хотелось сломать её, словно надоевшую куклу. Разорвать на куски, причинить боль. Чёрт подери, как же его всё достало!

Она понимала, что до конца дней будет испытывать боль физическую и моральную. Дрожь, внезапно пробежавшая по телу, заставила её дёрнуться. Сквозь слёзы, шумно выдохнув, Эми дрожащими пальцами ухватилась за ворот его рубашки. Она понимала, что Деметрий прав, и ей не одержать победы в этой битве. И теперь, кажется, он полностью обрёл над ней власть. Хотя, впрочем, что врать, она всегда принадлежала ему.

В его лице, которое стало для неё символом агрессии и боли, не было ярости. Оно было спокойно, а взгляд, что прежде обдавал лишь холодом, сейчас словно залечивал травмированные им точки. Она не видела его выражение таким с самого момента их падения и теперь забыла, что оно может значить. Изощренную пытку ли, или же душераздирающий диалог? Не факт, конечно, что пытки прекратятся, но, возможно, апатия наступит быстрее, избавляя её от чувств, превратив в простую наложницу без судьбы, без эмоций, без жизни.

Никто не гарантирует ей, что он больше не причинит ей боли. Но если это так, так почему бы ей не рискнуть? Быть может, так ей станет легче?

И она медленно тянется к нему, стараясь не замечать непонимающее выражение его глаз, и нежно касается его губ своими, стараясь сдержать судорогу отвращения, проносящуюся по телу, пытаясь хоть как-то показать ему свою былую любовь.

Любовь ли?

Любовь, навеянную болью.

И, чёрт подери, он знает! Знает. Знает, что она его боится и делает это не по своей воле. Но как же ему нравится этот вкус победы на своих губах с горьковатым послевкусием виски, слёз и ментоловым запахом сигарет...




           
            Дата: 12.08.2014 | Автор: Cherry_Schnapps




Всего комментариев: 0


Оставить комментарий:


Последние комментарии:

Рождённый побеждать (+ Глава 10)
Так жаль, что Нирелли пропала.

Рождённый побеждать (+ Глава 10)
Да, бесспорно хорошая работа.

Рождённый побеждать (+ Глава 10)
Аа, понятно, я как-то давно фанфики не читала, этот раз думала вот, что бы почитать, ну и как-то вернулась, вот так и вышло wink

Рождённый побеждать (+ Глава 10)
Автора нет на сайте уже четыре года... (

Рождённый побеждать (+ Глава 10)
Может быть Вы допишете фанф?

Предыдущие комменты...
Обновления в фанфиках:

Любовь вампира Глава 17 (0)
Любовь вампира Глава 16 (0)
Любовь вампира Глава 15 (0)
Любовь вампира Глава 14 (0)
Огонь и Лёд Глава 42 (0)
Огонь и Лёд Глава 41 (0)
Огонь и Лёд Глава 40 (0)
Огонь и Лёд Глава 39 (0)
Огонь и Лёд Глава 38 (0)


Лучшие комментаторы:

  • Розовый_динозаврик (2449)
  • Кристалик (1553)
  • Lis@ (1547)
  • Эске (1545)
  • Jewel (1297)
  • Orpheus (1109)
  • Anabel (922)
  • ElieAngst (832)
  • ВИКТОРИЯ_ВОЛЬТУРИ (799)
  • BeautifulElfy (757)


  • Copyright Волтуримания © 2010-2017

    Сделать бесплатный сайт с uCoz



    Фото галерея





    На форуме сейчас обсуждают:


  • Кино
  • Физиология вампира
  • Джейн
  • Игра "Хвост"
  • Вольтури в книге и в фильме. За и против


  • Мини-чат


    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Сейчас на сайте:


    Реклама фанфиков

    Пейринг: Аро/НЖП
    Она загадывала свои загадки, и смерть ждала всякого, кто осмеливался бросить ей вызов. Так длилось до тех пор, пока они не встретились: сам сатана свел вместе два своих исчадья. Он взял ее с собой во тьму, и там блуждали они до скончания времен.

    Добавить рекламу